03.02.2025 17:35
Персоны.
Просмотров всего: 5485; сегодня: 1.

Алексей Очкин - лейтенант «Огонь»

Люди говорят, что смерть может обойти человека — раз, другой, ну а в третий — от нее точно не уйдешь. Доказать, что в любом правиле есть исключения — удалось простому советскому солдату, прошедшему сквозь горнило самой кровопролитной войны за всю историю человечества. Алексей Яковлевич Очкин – трижды обманывал смерть во время войны и возвращался.

Родом Алексей Очкин со Смоленщины. Мать ему заменила сестра его отца — Анастасия Ивановна Очкина, которая работала сельским врачом. Она учила мальчика закаляться с самого детства, купаться зимой в проруби, прививала любовь к родной земле. В 1941 году, прибавив себе в военкомате два года, Алексей попросился на фронт. Героизм был у этого юноши в крови: среди его предков по матери был герой Севастополя, участник Крымской войны и знаменитый хирург — Николай Иванович Пирогов. После краткосрочных курсов в артиллерийском училище — Алексей Очкин был отправлен на Лужские оборонительные рубежи. Первый бой мог вполне оказаться для него последним: немецкий снайпер тяжело ранил Очкина в голову, пуля вошла под глазом, а вышла в районе шеи. Но Алексей чудесным образом выкарабкался и после лечения снова вернулся на фронт.

Затем был Сталинград. Фашисты создали на участках прорыва подавляющее превосходство в авиации и танках. Немцы наносили удар, которому, казалось, советским войскам нечего было противопоставить. На кадрах трофейной кинохроники видны волевые лица отборных солдат, избалованной победами в Европе, лучшей в вермахте — 6-й армии, о которой Гитлер сказал ее командующему: «С вашей армией вы можете штурмовать даже небо». Небо, возможно, они и могли бы штурмовать, но на берегах Волги, доселе непобедимые, — наткнулись на 57 советских бойцов…

В книге Маршала Советского Союза (а тогда — командующего 62-й армией) Василия Ивановича Чуйкова «От Сталинграда до Берлина» — приведена схема, на которой ясно видно расположение противоборствующих сторон к 18 октября у Сталинградского Тракторного завода (СТЗ). Штурмовые батальоны двух пехотных и одной танковой немецких дивизий сумели прорваться к самому берегу Волги у СТЗ. Здесь, в самом узком месте реки, немцы и хотели переправляться. По сторонам немецкого клина помечены оттесненные, разбитые советские дивизии и бригады, а на самом острие фашистского удара осталась лишь горстка советских бойцов – «группа Очкина».

Маршал Чуйков писал в одной из своих статей: «57 человек из 112-й стрелковой дивизии Сологуба под руководством лейтенанта комсомольца Алексея Очкина девять дней обороняли сборочный цех, затем кручу в районе Нижнего поселка Тракторного завода. Вражеские танки, пехота, специальные штурмовые батальоны атаковали их по 5-6 раз в день, но безрезультатно. Даже когда в группе лейтенанта Очкина осталось 6 человек, и сам он был тяжело ранен, гитлеровские генералы считали, что кручу обороняет чуть ли не целая дивизия».

В цехах Сталинградского тракторного завода Алексей Очкин создал свою боевую группу, вошедшую в историю Сталинградской битвы, как «57 бессмертных». Не имея ни старшего командира, ни связи с командованием, — Алексей со своими солдатами дрался в цехах Тракторного. Отходили, оставляя засады и ловушки, обходили и обстреливали немцев в спину. Патроны заканчивались, последняя пушка была разбита миной. Немцы непрерывно обстреливали из гаубиц и минометов: занялось сплошное пламя, люди задыхались, гимнастерки начинали тлеть. В те дни молодой лейтенант сделал запись в своем комсомольском билете: «Отдам жизнь за Родину, но ни на шаг не отступлю!» Пока не разбило осколком рацию, они смогли дать последнюю радиограмму: «Нас окружили пятьдесят танков. Гибнем, но не сдаемся. Прощай, Родина!» Приняв это сообщение, Чуйков пытался связаться с группой Очкина, но она не отзывалась. Только звуки непрерывного боя, доносящиеся из района СТЗ, свидетельствовали о том, что герои еще живы, и враги ломают о них свои последние зубы!

Здесь нужно отметить, что лейтенантом Очкиным, которого подчиненные прозвали «комдивом», была выбрана, хотя и необычная, но наилучшая в тех условиях позиция обороны – на самой кромке речного обрыва. Помогала этой горстке солдат уже сама русская земля… Самолетам и артиллерии противника трудно было поразить оборону: бомбы и снаряды — или летели в воду, или не долетали до края обрыва; танки не могли подойти вплотную к окопам и проутюжить их. Внизу, на узкой песчаной полосе, бойцы установили последние минометы (часть опор стояла прямо в воде на камнях).

Немецкий генерал Дёрр в книге мемуаров «Поход на Восток» рассказывает, что они «не могли овладеть отвесным берегом Волги в районе Тракторного и сломить сопротивление трех дивизий русских. Если днем удавалось подойти к обрыву, то ночью мы вынуждены были снова отходить, так как засевшие в оврагах русские подразделения отрезали нас от тыла».

«Подразделениями» были трое солдат во главе со своим «комдивом».

Набив полные рюкзаки тяжелыми противотанковыми гранатами, они пробирались в расположение немцев, которые после первых же взрывов открывали пальбу, принимая мечущихся в панике своих солдат — за окружающих русских… Трех дивизий, считали немцы! А по факту, на берегу Волги их удержали 57 советских героев! В конце битвы, в строю осталось только шестеро солдат, а сам Алексей был тяжело ранен. После Сталинграда молодого офицера сослуживцы стали называть – лейтенант «огонь».

Очередной подвиг герой совершил 26 марта 1943 года. Тяжело складывалось наступление на деревню Романово. Алексей Очкин, командовавший штурмовым отрядом батальона, увидел, как крупнокалиберный пулемет из замаскированного и не подавленного дзота расстреливает в упор его подчиненных. Ураганный огонь прижал бойцов к земле. Эффективно вести стрельбу было невозможно. Алексей, что есть сил, побежал к дзоту… Фашисткой пулей ему перебило бедро. Кости разошлись, нога держалась практически на сухожилиях. Сделав себе шину из прутьев и перевязав рану, лейтенант все же подполз к амбразуре и бросил в нее гранату. Раздался взрыв, но после небольшого перерыва — пулемет снова ожил… Лейтенант опять бросился на амбразуру и руками загнал раскаленный ствол в угол. Очередью ему прошило грудь и ранило пальцы…

Бой за Романово продолжался, и только через сутки с лишним, поднявшаяся метель позволила вытащить офицера с поля боя. Когда его, казавшегося мертвым, занесли в хату и сняли над ним шапки, он пришел в себя, и, решив, что вокруг фашисты, вырвал из зажатой в руке гранаты чеку. Один из бойцов еле успел перехватить гранату и швырнуть ее в разбитое окно…

В ноябре 1943 года, после госпиталя, участвуя в боях за освобождение Киева, Алексей Очкин попадает в окружение и опять получает тяжелое ранение в ногу и контузию: его принимают за умершего. Он вспоминал потом, как очнулся, замерзший от холода, в морге среди окоченевших трупов, сваленных прямо на полу. Рядом практиковались молодые военные врачи: препарировали мертвые тела. Очкин не на шутку перепугал хирургов и проходивших мимо медсестер, когда пытался выбраться из морга.

После окончания войны Алексей Яковлевич Очкин трудился на заводе. Параллельно отучился в школе и окончил Институт кинематографии, реализовав свою довоенную мечту — стать кинорежиссером. Советский режиссер Алексей Очкин — автор произведений «На круче», «Крылья жизни» и «Старая яблоня». Он принимал участие в создании фильма «1941», а также стал режиссером трех фильмов: «Гонки без финиша», «Девушка Тянь-Шаня» и «Мы из Семиречья».

Изображение (фото): из открытых источников

Исторические события:

Участники событий и другие указанные лица: